08/10/2024
Dance me to the end of love
Теория и практика клинического психоанализа дефицита?
27/08/2024
Слово о главном Баране
Ехал я как-то по делам с одним молодым человеком. В общем случайная поездка каких жизни бывает много, и которые через пару дней забываются, не оставляя следа. Поездка из пункта А в пункт Б, плюс свободный обмен высказываниями. Разговор ни к чему не обязывал и свободно переходил с темы на тему, но в основном крутился вокруг обыденных автотехнических вопросов, которые возникают среди мужчин автомобилепригодного возраста. Все бы было хорошо, но в речи молодого собеседника постоянно чувствовался некий напор, будто ему нужно было высказаться о чем-то для него главном. Надо так надо, да и слушать легче, чем вещать самому. Слово за слово и в разговоре выяснилось, что он азербайджанский горный еврей исламского вероисповедания. Последние 4-5 слов прозвучали как-то по-особенному.
В молодости я жил в Казахстане, в Чуйской долине и люди разных «экзотических» национальностей встречались там часто. Сосланные, переселённые, убежавшие от репрессий- их всех приютим южный Казахстан. Кого там только не было: от дунган до ингушей, от пиренейских греков до аджарцев. В моём школьном классе был такой национальный интернационал, что лозунг «пролетарии всех стран соединяетесь» не вызывал никакого сомнения в своей реализуемости. В религиях был не меньший разнобой: штунды, православные, какие-то старообрядцы, католики, мусульмане, но это нас детей мало касалось. Кто-то не носил октябрятские звезды, кто-то не носил пионерский галстук, кто-то не вступал в комсомол - для нас это было немного странным и всё. Дальше это не имело никакого развития. Религиозный вопрос меня и сегодня очень мало интересует, но иудея, ставшего правоверным мусульманином, в моей жизни точно не было.
Мой молодой собеседник был молодой статный кавказский мужчина, в каждую минуту стремящийся доказать любому, что он самый-самый в любом деле. Молодость, напор и тотальный контроль. Вот это контроль и делал всю «погоду в доме» в его психике. Что он пытался через тотальный контроль скомпенсировать в своей психике, то ли свои конфликты с миром или свой внутренний конфликт с самим собой, я не знаю и точно никогда не узнаю.
Видимо, вопрос религии был для него важным, и он назидательным-оправдательно голосом, правда, чужими словами, сообщим, что вопрос выбора веры должен решаться человеком во взрослом состоянии, а не в детстве. В моей голове всплыли протестантско-лютеранские споры о крещении в христианской религии, баптистские обряды перекрещивания проповедниками взрослых мужчин и женщин по берегам озёр и речек. Всплыли в памяти и собственные моменты взаимодействия со свидетелями Иеговы, их упорное стремление обратить меня в истинную веру, и тогда мне стало ясно, что за этим вопросом стоит что-то более личное, чем особенности вероучений.
Слушая рассуждения моего собеседника, мой мозг на заднем плане думал о своём, перебирая исторические факты 30-летней войны протестантов и католиков, стоивших Европе огромных жертв. Кто и когда крестился или не крестился, ко мне это не имело никакого отношения, и благополучно решив все свои дела, мы расстались с молодым человеком, пожелав друг другу удачи в жизни. На этом всё и кончилось.
Однако экскурс в историю для моего мозга оказалось не прошёл бесследно. Через пару дней мозг, как бы невзначай, любезно представил к обозрению старый сценарий из давнего анализа. Ничего примечательного не было в этом анализе. Я никогда о нём не вспоминал, но зачем-то он мне вспомнился?
Суть случая такова.
Мой анализант, бывший военный, отслужив свои годы, вышел на пенсию. Поскольку его кипучей натуре дома было сидеть скучно, то он пошёл работать в какую-то фирму. Что они там делали на этой фирме я уже на помню, но, кажется, что прокладывали какие-то кабеля или провода какой-то связи. Мой анализант, даже выйдя на пенсию, оставался военным человеком, и не как не мог понять, почему его приказы то выполнялись не так, как он приказал, то вообще игнорировались или бесстыдно саботировались.
В армии приказывали ему, а он приказывал другим. Нет нужды обсуждать приказ, начальству виднее так, как у подчинённого нет возможности знать стратегическую задачу начальствующего состава. А есть в ней смысл или нет — это не его дело. Его задача выполнять. Сейчас начальником был он. Его задача была проста: ему приказать - им выполнить. Его всю жизнь учили- прежде чем начать приказывать, научись выполнять приказы. Мир был прост и понятен. И он исполнял понятные ему правила. Погоны, и занимаемая должность решали все вопросы его личной идентичности.
Неожиданно для него все это на гражданке не работало. Что-то не совпадало, хотя он честно старался. Он бы рад бы в рай, да идентичность не пускала. Наблюдать со стороны изумлённый вид квадратного человека перед миром с круглыми дверями было весьма интересно. Но в его жизни не совпадало что-то принципиально. Весь анализ крутился вокруг этого вопроса. Как-то само-собой выходило, что вопрос был в его идентичности на момент анализа. Вернее, парадокс был в другом, её вообще-то не было. Пенсия была, должность была, но это не работало. На гражданке со своей усвоенной военной псевдо идентичностью он был никто. Хотя, как может быть причиной то, чего нет? Вопрос действительно более глубокий, чем кажется. Идентичность — это тоже результат чего-то. Но чего?
Кроме конфликта на работе в его жизни всё было хорошо. Дома он был муж, и жена вела его дом. Жена была с ним всегда и везде рядом. Он участвовал во всех домашних делах, благо его жена была под полковничихой, и она не собиралась уходить со службы на пенсию, и постоянно организовывала себе очередные повышения по служебной лестнице. Он командир на службе, а жена командир дома. Своё место он знал, своих детей зычным, строгим и суровым командирским голосом быстро успешно приводил к общему семейному (маминому) пониманию вопросов отношений и бытовых обязанностей. Между детьми и супругой всегда был её верный защитник и страж семейных традиций. Годы шли, служба текла своим чередом, а дома всегда был стандарт, и для него хоть теперь в одном месте всё было по-старому. И жена, и дом были его убежищем, да и в конце концов всем его миром.
Запомнился один эпизод из его анализа. Как-то в очередной раз бригада мастеров нашла способ увильнуть от какой-то бессмысленной работы, сославшись на её сложность и дефицит времени. В такой ситуации, стойко ведомый стремлением выполнения поставленной задачи, анализант провёл организационную встречу-накачку, на что народ пожаловался наверх, что привело к тому, что ему начальство поставило на вид, и приказало провести обучение подчинённых. Обучение было организовано по всем нормам «устава», что привело к увеличению «праведного» давления на подчинённых. Народ, видя такое дело, что его ломают через колено, задачу как бы выполнил, но с такими убытками, что моему анализанту от начальства досталось на орехи и отразилось на его зарплате.
Разбирая этот случай на анализе анализант, возмущался «как можно быть такими баранами» и что-то там соединить не так. В общем эти «бараны» были предметом нашего внимания несколько сессий. Попытка уточнить у анализанта, что он думает о приказах, которые приводят к конфликту с коллективом, вызвала у анализанта некоторую задержку в мыслительной деятельности и дала неожиданный результат. Выяснилось, что у бригады мастеров был бригадир, как передаточное звено меду ним и мастерами. Вот он и был определён как главный виновный в происшедшем казусе и за одно во всех остальных смертных грехах. Запомнилась произнесённая анализантом фраза. Уходя с сессии, он уверенным, хорошо поставленным командирским голосом сказал: «Пойду организовывать главного Барана».
Что там было дальше, я уже не помню так, как прошло уже много лет, но анализ наш прервался, то ли я заболел, то ли мне не хватило квалификации для проведения анализа, и анализант был направлен к другому консультанту. Но выдвинутый им лозунг почему-то кажется мне весьма актуальным для анализа. Как тут не ошибиться с этим главным Бараном?
И как все-таки организовать этого Главного барана?
27/08/2024
Слово о главном Баране
Ехал я как-то по делам с одним молодым человеком. В общем случайная поездка каких жизни бывает много, и которые через пару дней забываются, не оставляя следа. Поездка из пункта А в пункт Б, плюс свободный обмен высказываниями. Слово о главном Баране
Ехал я как-то по делам с одним молодым человеком. В общем случайная поездка каких жизни бывает много, и которые через пару дней забываются, не оставляя следа. Поездка из пункта А в пункт Б, плюс свободный обмен высказываниями. Разговор ни к чему не обязывал и свободно переходил с темы на тему, но в основном крутился вокруг обыденных автотехнических вопросов, которые возникают среди мужчин автомобилепригодного возраста. Все бы было хорошо, но в речи молодого собеседника постоянно чувствовался некий напор, будто ему нужно было высказаться о чем-то для него главном. Надо так надо, да и слушать легче, чем вещать самому. Слово за слово и в разговоре выяснилось, что он азербайджанский горный еврей исламского вероисповедания. Последние 4-5 слов прозвучали как-то по-особенному.
В молодости я жил в Казахстане, в Чуйской долине и люди разных «экзотических» национальностей встречались там часто. Сосланные, переселённые, убежавшие от репрессий- их всех приютим южный Казахстан. Кого там только не было: от дунган до ингушей, от пиренейских греков до аджарцев. В моём школьном классе был такой национальный интернационал, что лозунг «пролетарии всех стран соединяетесь» не вызывал никакого сомнения в своей реализуемости. В религиях был не меньший разнобой: штунды, православные, какие-то старообрядцы, католики, мусульмане, но это нас детей мало касалось. Кто-то не носил октябрятские звезды, кто-то не носил пионерский галстук, кто-то не вступал в комсомол - для нас это было немного странным и всё. Дальше это не имело никакого развития. Религиозный вопрос меня и сегодня очень мало интересует, но иудея, ставшего правоверным мусульманином, в моей жизни точно не было.
Мой молодой собеседник был молодой статный кавказский мужчина, в каждую минуту стремящийся доказать любому, что он самый-самый в любом деле. Молодость, напор и тотальный контроль. Вот это контроль и делал всю «погоду в доме» в его психике. Что он пытался через тотальный контроль скомпенсировать в своей психике, то ли свои конфликты с миром или свой внутренний конфликт с самим собой, я не знаю и точно никогда не узнаю.
Видимо, вопрос религии был для него важным, и он назидательным-оправдательно голосом, правда, чужими словами, сообщим, что вопрос выбора веры должен решаться человеком во взрослом состоянии, а не в детстве. В моей голове всплыли протестантско-лютеранские споры о крещении в христианской религии, баптистские обряды перекрещивания проповедниками взрослых мужчин и женщин по берегам озёр и речек. Всплыли в памяти и собственные моменты взаимодействия со свидетелями Иеговы, их упорное стремление обратить меня в истинную веру, и тогда мне стало ясно, что за этим вопросом стоит что-то более личное, чем особенности вероучений.
Слушая рассуждения моего собеседника, мой мозг на заднем плане думал о своём, перебирая исторические факты 30-летней войны протестантов и католиков, стоивших Европе огромных жертв. Кто и когда крестился или не крестился, ко мне это не имело никакого отношения, и благополучно решив все свои дела, мы расстались с молодым человеком, пожелав друг другу удачи в жизни. На этом всё и кончилось.
Однако экскурс в историю для моего мозга оказалось не прошёл бесследно. Через пару дней мозг, как бы невзначай, любезно представил к обозрению старый сценарий из давнего анализа. Ничего примечательного не было в этом анализе. Я никогда о нём не вспоминал, но зачем-то он мне вспомнился?
Суть случая такова.
Мой анализант, бывший военный, отслужив свои годы, вышел на пенсию. Поскольку его кипучей натуре дома было сидеть скучно, то он пошёл работать в какую-то фирму. Что они там делали на этой фирме я уже на помню, но, кажется, что прокладывали какие-то кабеля или провода какой-то связи. Мой анализант, даже выйдя на пенсию, оставался военным человеком, и не как не мог понять, почему его приказы то выполнялись не так, как он приказал, то вообще игнорировались или бесстыдно саботировались.
В армии приказывали ему, а он приказывал другим. Нет нужды обсуждать приказ, начальству виднее так, как у подчинённого нет возможности знать стратегическую задачу начальствующего состава. А есть в ней смысл или нет — это не его дело. Его задача выполнять. Сейчас начальником был он. Его задача была проста: ему приказать - им выполнить. Его всю жизнь учили- прежде чем начать приказывать, научись выполнять приказы. Мир был прост и понятен. И он исполнял понятные ему правила. Погоны, и занимаемая должность решали все вопросы его личной идентичности.
Неожиданно для него все это на гражданке не работало. Что-то не совпадало, хотя он честно старался. Он бы рад бы в рай, да идентичность не пускала. Наблюдать со стороны изумлённый вид квадратного человека перед миром с круглыми дверями было весьма интересно. Но в его жизни не совпадало что-то принципиально. Весь анализ крутился вокруг этого вопроса. Как-то само-собой выходило, что вопрос был в его идентичности на момент анализа. Вернее, парадокс был в другом, её вообще-то не было. Пенсия была, должность была, но это не работало. На гражданке со своей усвоенной военной псевдо идентичностью он был никто. Хотя, как может быть причиной то, чего нет? Вопрос действительно более глубокий, чем кажется. Идентичность — это тоже результат чего-то. Но чего?
Кроме конфликта на работе в его жизни всё было хорошо. Дома он был муж, и жена вела его дом. Жена была с ним всегда и везде рядом. Он участвовал во всех домашних делах, благо его жена была под полковничихой, и она не собиралась уходить со службы на пенсию, и постоянно организовывала себе очередные повышения по служебной лестнице. Он командир на службе, а жена командир дома. Своё место он знал, своих детей зычным, строгим и суровым командирским голосом быстро успешно приводил к общему семейному (маминому) пониманию вопросов отношений и бытовых обязанностей. Между детьми и супругой всегда был её верный защитник и страж семейных традиций. Годы шли, служба текла своим чередом, а дома всегда был стандарт, и для него хоть теперь в одном месте всё было по-старому. И жена, и дом были его убежищем, да и в конце концов всем его миром.
Запомнился один эпизод из его анализа. Как-то в очередной раз бригада мастеров нашла способ увильнуть от какой-то бессмысленной работы, сославшись на её сложность и дефицит времени. В такой ситуации, стойко ведомый стремлением выполнения поставленной задачи, анализант провёл организационную встречу-накачку, на что народ пожаловался наверх, что привело к тому, что ему начальство поставило на вид, и приказало провести обучение подчинённых. Обучение было организовано по всем нормам «устава», что привело к увеличению «праведного» давления на подчинённых. Народ, видя такое дело, что его ломают через колено, задачу как бы выполнил, но с такими убытками, что моему анализанту от начальства досталось на орехи и отразилось на его зарплате.
Разбирая этот случай на анализе анализант, возмущался «как можно быть такими баранами» и что-то там соединить не так. В общем эти «бараны» были предметом нашего внимания несколько сессий. Попытка уточнить у анализанта, что он думает о приказах, которые приводят к конфликту с коллективом, вызвала у анализанта некоторую задержку в мыслительной деятельности и дала неожиданный результат. Выяснилось, что у бригады мастеров был бригадир, как передаточное звено меду ним и мастерами. Вот он и был определён как главный виновный в происшедшем казусе и за одно во всех остальных смертных грехах. Запомнилась произнесённая анализантом фраза. Уходя с сессии, он уверенным, хорошо поставленным командирским голосом сказал: «Пойду организовывать главного Барана».
Что там было дальше, я уже не помню так, как прошло уже много лет, но анализ наш прервался, то ли я заболел, то ли мне не хватило квалификации для проведения анализа, и анализант был направлен к другому консультанту. Но выдвинутый им лозунг почему-то кажется мне весьма актуальным для анализа. Как тут не ошибиться с этим главным Бараном?
И как все-таки организовать этого Главного барана?
17/08/2024
Не любитель я писать посты, но тут почти надо. Не так давно мне пришлось обсуждать злободневный для нас вопрос войны и мира. Вот и сейчас, когда пишутся эти строки, воет сирена предупреждения угрозы балистики и воздущной тревоги. А обсуждали мы, как мне казалось, само собой понятные факты. И само собой всполнилось ,что ещё на какой-то довоенной школе мы косались данного вопроса. Ниже кусочек текста какой-то лекции,которая сохранилась с ещё нескольками в "левой"папке на найденной старой флешке. Думал что эти тексты погибли вместе с тем компьютором, который разбили солдаты в период акупации. Кстати на заставке картина Антонио Чизаре "Се человек". Судьба этого человеку, пытавшегося что-то объяснить известна. небольшая копия этой картины висит у меня ьам где я работаю. Это одна из любимым моих картин и она часто заставляет меня думать.
Что же это такое- социальный естественный отбор?
Прежде чем мы продолжим разбор аналитических положений необходимо сделать несколько вводных замечаний по поводу общих положений, касающихся деятельности психики. Главное, что нужно помнить, это тот факт, что мы имеем дело с тем, что субъект обладает сознанием. Именно оно является его главной проблемой. Казалось бы, это парадоксальный факт. Сознание значительно повышает шансы на выживание, но не всё так радужно. Оно же толкает субъекта на суицид. Сознание объединяет в себе выживание и суицид. Животные не совершают суицид, за исключением китообразных . Жизнь в рамках рефлексов и инстинктов не приводит животных к конфликту самих с собой. А человек, обладающий сознанием постоянно с таким конфликтом сталкивается. Знание субъекта, что он «есть» и то, что он осознает «как он есть» по отношению к среде, для него очень тягостное знание. Восприятие себя, находящегося в реальности окружающего мира, и осознание ничтожности своих возможностей и несовершенства своих качеств, является повседневной(!) психической перегрузкой для человека. Выдержать свою осознанность и выдержать ответственность, возникающую перед самим собой за адекватное функционирование в окружающей реальности, достаточно тяжелое ноша, и не у всякого человека достаточно сил её нести.
Почему же это так, и что с этим делать? Несомненно одно, что наша психика начинается от рефлекторно-инстинктивных форм поведения. Это точка начала развития для любого субъекта. Это то, что дала ему матушка Природа, то, что в какой-то мере роднить его с животным миром. Но человек радикально отличается от животного. Он обладает сознанием. Мера обладания сознанием у разных людей сильно отличается, но это не отменяет главного. Сознание, осознанное отношение субъекта к миру и к себе выводит его жизнь из животного царства.
Здесь можно было бы поставить некую точку и не задаваться другими вопросами, но с появлением сознания человек попадает в совершенно другой мир, с совершенно другими законами. Этот новый мир отличается от животного мира также как квантовая механика отличается от Ньютоновской физики. Квантовая механика — это удел учёных мужей, а вот законы нового мира касаются каждого, от знания которых зависит судьба самого субъекта. Для обыденного сознания всё это не имеет особого значения. Но. Появление сознания, осознанности — это свидетельство того, что человек пытается освоить нечто новое для него, и это новое есть социальность. Жизнь человека коротка и видимо он сам не является целью природы. И в таком случае именно социальность есть цель жизни субъекта, ибо с его смертью исчезает его личная социальность, а социум остаётся. Не надо обладать хорошим воображением чтобы представить, что дети субъекта будут жить в той социальности, которую создали их родители.
Мы уже давно привыкли осваивать географическую реальность. Что нам открытие Америки, сейчас мы осваиваем или пытаемся освоить ближайшие планеты Солнечной системы. При этом абсолютно не задумываемся, что освоение социальной реальности человека находиться на зачаточной стадии, а социальная реальность такая же реальность как вся остальная реальность. Социальность — это продукт коллективного способа выживания для человека, но дело не в самой коллективности. Пчелы тоже живут коллективным способом, но социальность у них не возникает, так как у них нет сознания. Другое дело коллективная форма жизни у человека. Здесь выживание обусловлено фактом взаимодействия между субъектами через осознанность своего поведения, то есть через сознание.
И так. Социальность — это новое качество реальности, возникающие при взаимодействии субъектных «осознанностей» между собой. Проще говоря, взаимодействие нескольких носителей сознания на уровне осознанности, приводит к формированию социальности, что мы называем средой проживания или социумом.
У животных средой проживания является по большей части природа, а у человека средой проживания по большей части является социум. Структура социума – это и отражение, и результат структурной организации форм сознания и осознанности членов этого социума. Нужно четко понимать и адекватно представлять ток факт, что какова структура психики субъекта, каков его тип мышления, по средством которого он создаёт своё представление о себе и о окружающем мире, таков и создаваемый им социум.
С одной стороны социум должен облегчать жизнь субъекта, с другой стороны его структура и наполнение оказывают колоссальное давление на сознание субъекта. Но проблема состоит в другом. Сам субъект с огромным трудом выдерживает свою осознанность. Избавится от ответственности за своё поведение главная психическая черта человека. Дети её не могут переносить из-за несовершенства своей психики, женщины её перекладывают на своих мужчин, а мужчины откупаются от неё деньгами или перекладывают её не других через механизм власти, благо, что можно придумать, что для одних существует гражданская ответственность и долг перед обществом, а для других существует политическая целесообразность.
Итак. Осознанность — это первая организационная форма, возникающая на базе инстинктивности. Разрыв с инстинктивными формами поведения выводит человека из-под природных форм естественного отбора и переводит его на социальные формы отбора для своего выживания. Дарвинизм к человеку мало причастен, и, если причастен то, только в области его биологии. Всё остальное уже социальные формы естественного отбора. Кто сегодня говорить о социальных формах естественного отбора человека? Нам страшно даже поставить такой вопрос, так как сразу придется осознавать, что же такое есть эта «социальная норма»? В психологи этот вопрос выглядит как анализ интервала от рефлекторности в поведении субъекта, до высших форм его абстрактного мышления, например, как способность формулировать философские представления на уровне Канта или Гегеля.
Следовательно, чтобы понимать этих авторов, психика субъекта должна пройти необходимый путь своего развития от инстенктивно-рефлекторного функционирования до способности к производству обобщений. И это социальный минимум адекватности. Когда-то это был уровень высшей школы, где подразумевалось, что субъект окончивший её, может разбираться в базовых вопросах философии. Сейчас этот путь нам представляется идеалистическим, а должен быть простым адекватным путем развития любого субъекта.
Но не всё так печально. У сознания есть свои способы избавляться от перегрузки сознания. Её перегружает в первую очередь объём восприятия реальности. Её для маленькой психики субъекта слишком много. Этот объем перегрузочной реальности образуется из трех составных частей: 1- восприятие самой осознанности, 2 - восприятие собственных качеств - анатомических, физиологических и психических личных проявлений, и 3 — это окружающий нас мир природы и людей.
Чтобы уменьшить объем восприятия реальности нужно ограничить его восприятие, и психика успешно это делает. Психика, защищая саму себя, воспринимает только то, что ей нравиться, остальное не воспринимается, даже если оно и воздействует на субъекта. Психика защищает сама себя от перегрузки, а любая перегрузка это напряжение, и выдерживать напряжение требует немалых сил. Тогда у психики есть два выхода – или тратить силы на совершенство своих психических механизмов или, тратить силы на увеличение степени невосприятия реальности. На практике это выглядит как разрыв с реальностью и прибывание в своем внутреннем мире.
Разрыв связей с реальностью в медицине называется психозом. Полный разрыв с реальностью приводит к острому психозу и лечиться в психиатрическом стационаре. Другие его формы с различной степенью разрыва с реальностью живут в социуме и формируют его. Общество – это доминирующая форма психоза для большинства его членов. Сознание, тестируя реальность, приводит к перегрузке психики, и психика первым делом отключить все формы сознательной деятельности, и заменяет их инстинктивно-рефлекторными формами поведения. И этот независимо у кого – и у ребенка, и у женщины, и у мужчины. Перед психозом (перегрузкой) все равны.
Что же наблюдается с социальными формами естественного отбора? Тут давно действуют хорошо известные механизмы. Отказ от восприятия реальности приводит к двум известным фактам. Это снижение умственных способностей и перекладывание вины за свои внутренние перегрузочные проблемы на других. Оба эти факторы благополучно соединяются в таком явлении как война. Война — это праздник психоза для одних (сами понимаете каких) и катастрофа в сознании других. История человечества от каменного века, от Александра Македонского, Наполеона, Гитлера, да мало ли ещё каких «гитлеров» — это война. Да, на войне психотики погибнут и на короткий период будет хрупкий мир, но оставшееся большинство так же само будет испытывать перегрузку от реальности, и новая война не за горами.
Ну, как-то так и живём. Давно живём, давно друг друга убиваем.
Как ты думаешь мой дорогой читатель, сколько ещё потребуется времени, чтобы хотя бы появилась потребность у большинства изучать законы социального естественного отбора? Или, как говорить одна моя анализантка, «лучше все-таки прибить вредного аналитика»?
05/04/2024
Состояния психики. Или титанические муки богатыря.
(из разряда само собой разумеющегося)
В психоаналитической литературе и не только в ней, часто высказывается утверждение, что психика не меняется и надо её принять такой, какая она есть. Верно ли это утверждение для аналитической ситуации? И так, и нет так, как это зависит от методики проведения психоаналитической работы. В моей практике было несколько случаев, когда анализант проходил анализ у психоаналитиков различных направлений более 5-6 лет, а результата не было. Есть много причин такому положению дел, но всё же среди них есть главные. Можно понять аналитика, который получает средства к существования проводя анализ, и чем меньше в нем изменений, тем дольше можно удерживать анализанта в анализе, разыгрывая с ним его внутренние сценарии отыгрывания своих проблем, выдавая такое отыгрывание за анализ. Ни воспоминание, ни отыгрывание внутренних проблем не разрешают. В отыгрывании можно достичь смещения – убрать симптом, но через 6-9 месяцев проблема вылезет в другом месте. Аналитическая среда наполнена людьми разного рода, она прекрасное пространство для лиц с шизоидным или паранойяльно-нарциссическим радикалом и прежде, чем идти в анализ анализанту нужно хорошо представлять, что из себя представляет психоаналитик как в профессиональном плане, а ещё более важно в морально -нравственном аспекте.
Есть ещё такой вариант, когда анализант своим хождение на анализ переносит ответственность за его результат на сам анализ, предполагая то, что, если он ходит на анализ результат как-то сам собой получиться такой, какой ему надо. Примерно 1-2 раза за год лично мне приходиться отказывался от такого анализа, понимая, что анализант не собирается что-либо менять в своей жизни, а стремиться благополучно жить под крышей анализа рядом со своей новой аналитической мамой-аналитиком. Анализант неосознанно стремиться укрепится в безопасном единстве с аналитической ситуацией и с аналитиком, фантазируя, что присутствие на анализе обеспечит его всем, что ему нужно. Такая диадная, детско-родительская позиция для него естественна, и он всей силой своей психики отстаивает своё право пожить в адекватной ситуации по сравнению с прежней до анализной ситуацией. Конечно, жить в адекватной ситуации это его естественное право, но это право он должен обеспечивать себе сам, а не деньгами, покупая себе маму-аналитика. Если интерес аналитика в деньгах, то всё у них будет по любви, а если у аналитика интерес не в деньгах, то анализант до конца своей жизни будет испытывать обиду на аналитика за его предательство и неблагодарность за внимание анализанта к нему. Всё дело в том, что для многих людей сосубъектная стадия развития психики абсолютно непонятна и вообще даже непредполагаемая, и оптимальной для них является фаза субъектк-объетных (диадных) отношений, когда ответственность за субъекта-ребёнка несёт объект-родитель. Инфантилизм давно и прочно укоренился в сознании особенно у лиц женского пола как норма нашего времени. Думаю, в силу определённых обстоятельств лица мужского пола постепенно обгонят женщин в этом вопросе, но это уже вопрос следующего поколения аналитиков. Гендерное равенство обернётся для женщин утратой у мужчин идеи заботиться о женщине. В этом случае женщина будет предоставлена сама себе. Уже сейчас я не вижу восторга у женщин-анализанток по этому вопросу, а эта тенденция особенно в нашей стране будет стремительно нарастать.
Иногда бывает и так, что анализант абсолютно уверен в том, что анализ должен проходить по его законам, и аналитик со своими интерпретациями только специально противоречит анализанту. Происходит особый вид отыгрывание, когда анализант должен победить своего родителя (аналитика), или же анализант должен победить реальность и подчинить её лично себе. Идеи маниакально-паранойяльного всемогущества ещё никто не отменял. Сказка о золотой рыбке и старухе с разбитым корытом родилась не на пустом месте.
Результат в анализе предопределяется в одних случаях больше, в других случаях меньше двумя моментами: 1-заложенной потенцией развития психических возможностей и 2- пройденным личным путём становления с родительскими объектами. В таком случае на начало любого анализа имеем четыре возможных варианта:
1. Невозможность адекватного развития (слабоумие – от клинического до простого бытового).
2. Задержка развития.
3. Развитие по неправильному пути
4. Ситуационные отклонения правильного развития.
Все эти моменты рассмотрения психики определяют её как результат процесса становления. Как это понимать? Психика — это одно из свойств живой структуры, и она есть результат такого же развития, как и любая функция организма, но развитие развитию рознь. В живой природе рост предопределяет переход семени в росток, из ростка вырастает цветок, из него, плод, а из плода возможно будет сохранены семена, и тогда цикл повториться. С психикой немного не так. Без передачи навыков от уже умеющей что-то делать психики к новой, новая психика самостоятельно в человеческую психику не развивается. Да, она «созреет» с точки зрения анатомии мозговых структур, но выше физиологии и примитивных приспособительных поведенческих актов (рефлексов, инстинктов) не может продвинутся. В психике такого субъекта будут господствовать поведенческие реакции на основе биохимии гормонов, начиная от рождения и до смерти. Здесь есть некая тайна, и для многих эта тайна навсегда такой и останется. У животного психика развивается на биохимии рефлексов и инстинктов, а у человека она развивается на основе идеи. Будет так - какова идея, такова и психика. А вот с идеями у человека всё плохо. У женщин есть хоть идея женского счастья-«выйти замуж и родить», а у мужчин такой идеи нет вообще, не считать же спортивный кобелизм или меренье определенными частями тела смысловой идеей для мальчиков, из которых никогда не вырастут мужи.
Мы живём в мире, который не можем изменить. В наблюдаемой реальности есть три основных компонента: мертвое материальное, живое и ментальное. Анатомия — это производное от материального, физиология производное от живого, а вот психическое по большей мере, это производное от ментального уровня — это наши идеи и теории, которые нам объясняют все три наблюдаемые уровни. Сущность человеческого проявляется в полной мере только на уровне ментального. Психическое делиться на две части: с одной стороны это психические механизмы, а с другой стороны смысловые, то есть ментальные содержания. К ментальному мы как бы можем отнести и психологические продукты (от ощущений до впечатления), но с очень сильной натяжкой. Ментальное это всё-таки смысловое, это понятия. Психопаты имеют полностью сформированную психику на основе инстинктов, но человеческие проявления, такие как эмпатия или абстрактные смысловые проявления для них недоступны и невозможны. Они их могут видеть, но вкладывают в них своё инстинктивное содержание. Психопатия — это психика без свойств ума. Хитрость ещё может быть, но ум для психопатии недостижим по техническим причинам. По этой причине психопатии не подлежат анализу.
Психика — это функциональное проявление, но следует понимать и помнить, что психика является одновременно также и структурным образованием. И структурность здесь соблюдается и на уровне анатомии, и на уровне физиологии, и на уровне психологии, и особенно четко на уровне ментальности. Всё это вместе называется харизмой, но ведущим является именно ментальная структура. Именно она делает нас личностью, а не биообъектом в человеческом облике. Нет ментальной структуры - нет личности. Структура психики на уровне анатомических органов и физиологических характеристик мало чем отличается от животной, а вот на уровне ментального её структура носит сугубо индивидуальный характер, и выражена через структуру её мыслей, идей и теорий. Строительным кирпичиком ментального является понятие. И на уровне понятия психологическое как психическое переходит на уровень ментального.
Как всякая структура, психика развивается и создаётся по этапам. И как бы это не было печально, каждая психика или проходит все этапы становления или нет. Конечно, у психики есть те же самые периоды, что у любого органа в эмбриональный период развития, периоды усложнения, и периоды интеграции. На этих этапах ведущим уровнем будет тот, до которого успела «созреть» её структура и функция. И порядок здесь такой, что ведущая, доминантная роль определённых структур, постепенно (если на это есть генетические предпосылки) будет реализовываться от низших к высшим отделам центральной нервной системы (ЦНС), подкорковых образований и наконец до коры головного мозга. То же самое будет происходить и с уровнями сознания. Их у нас четыре: простая осознанность, здравый рассудок, ум и наконец мудрость. Это может коррелироваться с созреванием мозговых структур, но не всегда. Эволюционно каждый отдел мозга привносил в его деятельность какие-то новые функции, и появление (или не появление) каких-то новых функций мозга связаны с доминирующем влиянием этих отделов над нижележащими. Функции эволюционно верхних отделов должны доминировать над функцией нижних отделов. Но это в норме, а в жизни часто бывает не так. Если развитие психики имело особенности часто бывает так, что анатомически, например кора мозга есть, но ведущим является уровень среднего мозга. Тогда эмоции преобладают над понятиями. И корковые отделы только обслуживают нужды среднего мозга.
В аналитической практике часто есть задача изменить такой порядок вещей, или хотя бы устранить конфликт между структурами. Следовательно, нужно изменить функционирование отделов психики. Процесс это непростой и не быстрый, но возможный.
Рассмотрим сам механизм такой возможности. Известно, что психика созревает в соответствии со стандартами возрастного развития при соблюдении правила надструктурного доминирования. Что такое надструктурное доминирование? Это следует понимать, в том смысле, что вышележащий отдел психической структуры управляет нижележащим отделом. Это напоминает хорошо известный принцип иерархии. Да, это почти так, но с одним отличием. Иерархический принцип жестко закрепляет структурное взаимодействие между уровнями. Этот принцип четко прослеживается в деятельности центральной нервной системы. Но принцип надструктурного доминирования относиться к функциональному уровню организации. Любой структурный уровень имеет некий свой интервал, размах проявлений, некое отклонение в рамках своего функционирования. То есть у любой структуры есть интервал переменных значений, при которых функция может иметь различное значение, но структурная организация не изменяется. Такое состояние обеспечивает определённые, необходимые степени свободы для адаптационных нужд организма, когда нужно приспособиться к изменению внешних условий, но так чтобы организм не утрачивал свою структурную организацию. Примером может служить регуляция температуры через кожные покровы. Кожа — это самый большой орган человека, и её возможности в регуляции притока крови к поверхности кожи или потения хорошо известны. Состояние просвета сосудов, сокращение мышц, выделение пота, варьирование этих показателей осуществляется не через изменение структуры, а через изменение функции. Функция меняется, а органы кожи нет.
Если рассматривать сам принцип надструктурного доминирования, то в этом случае функция изменяться в рамках самой функции. Большая функция состоит из определенного числа малых функций или подфункций. С целью адаптации под существующие условия существования, система будет пытаться получить необходимый адаптационный результата через производство новых комбинаций уже существующих своих свойств и подфункций. Из комбинации свойств функции может возникать нужное для функции адаптации новое свойство или качество. В таком случае это новое качество становиться доминантным, главным, на основе которого психика будет принимать решения и функционировать в режиме адаптации. Это новое качество необходимо будет поддерживать, следовательно, система будет поддерживать необходимый уровень энергетического насыщения и нужный характер функционирования за счет перераспределения ресурсной базы в пользу нового адаптационного качества. Под влиянием нового качества система изменить свой характер саморегулирования и производство своих продуктов, и, если такие изменения будут существовать длительный период, то система, с целью экономии энергии, будет их переводить на автоматический режим. В свою очередь, это приведет вначале к акцентуации, а затем и к изменению структурной организации самой системы. Это приведёт к формирование новой системы с новыми функциями. Так в рамках уже существующих структур с будут формироваться новые надструктурные образования, выполняющие боле адекватное адаптирование всего организма. При этом старые структуры будут отключаться от функционирования в пользу более адаптивно полезных образований, и включаться в состав новых структур на основе порядка нового функционирования и функционального подчинения. Будет сохраняться старый способ подпитывания энергоресурсами, как бы снизу, но регуляторная функция деятельности всей системы будет осуществляться сверху на основе адаптивных свойств новой структуры. В это и состоит принцип надструктурного доминирования. Аналитику в таком случае с помощью интерпретаций остаётся только запустить такой процесс перестройки старых детских или инфантильных психических навыков на формирование навыков под личные потребности.
Ещё один маленький нюанс. В процессе анализа перед анализантом часто стоит задача, что ему делать на анализе для того, чтобы что-то поменять. Этот вопрос ему кажется весьма и весьма сложным. Но это только на первый взгляд. Перед анализантом открываются три возможных пути решения вопроса. И так, что же можно сделать? Рассмотрим варианты: номер 1- есть некая реальность и используя её значения, проявив активность, можем удовлетворить свои потребности за счет реальности. Вариант номер 2- используя опыт научения, полученный в прошлом и по заветам нашего родительского объекта попытаться получить новый результат. И наконец, помер 3 – используя всемогущую силу воображения придумать и убедить себя, что цель будет достигнута сама собой или с помощью всемогущей силы, типа судьбы, родовой энергии или потому что так мне надо и вселенная ответить на запрос. Теперь становиться абсолютно ясно – какой из вариантов выберет анализант, такой результат он и получит. И здесь всё честно. Каждый анализант сам выбирает для себя путь номер 1 ,2, или 3. Если он сомневается в чем-либо аналитик анализирует с ним варианты, но решение всё равно принимает сам анализант.
Всё это обуславливается с одной стороны генетикой, а с другой функциональной потребностью и постоянным стимулированием психики извне для проявления или появления новой адаптационной функции. Такое образование новых функций связано с возрастными периодами роста субъекта, и, если функция не стимулировалась из вне, она не будет развиваться у субъекта. Дети Маугли в старшем возрасти не могут овладеть функцией речи, если в период формирования речевой функции в раннем детстве у них никто её не стимулировал.
Субъект всё время находиться под влиянием двух моментов - полученного генетического наследия и внешнего стимулирования функций. В самом лучшем случае, если генетика позволяет, ребёнок-субъект в силу каких-то личных причин может самостоятельно стимулировать развитие важной для него функции, с целью получения своей выгоды и для борьбы за внимание родительского объекта к себе. Основатель понимания ведущей роли объектных отношений и функции эго над бессознательными компонентами психики Альфред Адлер задолго до Мелании Клайн описал это через порядок рождения детей, и взаимоотношения с эго ребёнка с родительской фигурой. Его роль в развитии представлений эго психологии непереоценима. Его положение «что все происходит в Я» навсегда предопределило ведущую роль механизмов эго в развитии субъекта и клинической практике психотерапии. Вся современная объектная психология, психологи Эго, вплоть до логотерапии базируется на открытиях Альфреда Адлера. Он был удивительным пропагандистом, его книги легко читаются, легко и просто поясняют самые сложные вопросы эго психологии.
Увы, если нам не повезет с родительским стимулирующим влиянием, просто так само ничто не образуется. А если что-то образуется, то на основе детской или даже младенческой психики с соответствующим результатом. Примерно 30% психической патологии — это слабоумие. Это не заболевание, это такое свойство психики субъекта. Простое свойство и имя этого свойства – слабоумие. К примеру, у психики субъекта есть свойство воспринимать или даже сочинять музыку на основании чувства ритма, чувства гармонии и мелодичности, или абсолютного слуха, или на самых худший случай его психика выбрала музыку основным средством самовыражения вместо функции речи. Так вот отсутствие всех этих функций у других субъектов всего лишь их свойство психики. Наличие или отсутствие какой -то функции психики есть лишь свойством психики. Беспокоит ли субъекта то, что у него есть чувство ритма? Нет не беспокоит. Вот так субъекта и не беспокоит, что у него нет чувства и ритма, и, скажем мягче, сообразительности. Нет, да и нет. Так мужчин не беспокоит отсутствие у них функции вынашивания детей – беременности.
И так. Становление свойств психики в какой-то мере (очень и очень незначительной) связано с генетикой. Остальное практика жизни и, увы, она начинается ещё с внутриутробного развития.
Зачем это всё нужно? Это нужно для того, чтобы аналитик на анализе понимал с какой психикой он имеет дело на анализе. Если ему удастся запустить формирование новых механизмов психики у анализанта на основе принципа надструктурного доминирования, анализант сможет пройти все свои эволюционные точки неудачи и достроить на анализе недостающие структуры в его психики. Если нет, то анализ окончиться для него ничем. В общем, господа аналитики, всё достаточно просто – работаем так, чтобы запустить принцип надструктурного доминирования, адекватно проработаем конфликты, и тогда анализант выстроит нужные ему (а не вам) необходимые структуры, компенсирую эволюционные неудачи своего развития.
Психика перестраивается, и это проверенный многолетней практикой факт.
Так к чему тут муки богатыря, вынесенные в название? История долгая. И началась она у меня ещё в детском саду, когда я в первый раз увидел картину Васнецова «Богатырь на распутье». Мою детскую психику удивил тот факт, что же такое он делает это богатырь, глядя на камень. В дальнейшем выяснилось, что на камне было написано три уведомления. Прямо пойдешь – богатым быть, налево пойдешь -женатым быть, направо пойдёшь -коня потеряешь. Мало тогда мой детский ум понимал контекст таких посланий, но интерес к теме выбора видимо заронил. Ну, так вот. И аналитик, и анализант на анализе оба стоят перед этим камнем. И какой путь им выбрать: вариант №1 или путь 2,3 — это дело личное.
Осталось совсем малое выяснить – а, что написано на твоём камне, дорогой читатель? Ну, если понятен сам вопрос, не говоря о контексте.
P.S. В старости как бы легче стало писать тексты -это уже стало ясно, что умные текст поймут, а кому не дано, тот и не поймет. Да, и пишешь сейчас только для тех, кто поймёт. И для особо беспокойных на последнем рисунке есть очень занимательная деталь, относящаяся к вышеописанному. Удачи, Господа.
Address
Makariv
Website
Alerts
Be the first to know and let us send you an email when Школа "Клинического психоанализа дефицитарных состояний Эго" posts news and promotions. Your email address will not be used for any other purpose, and you can unsubscribe at any time.
Share
Category
Listing takedown request
Tell us why this listing should be removed. Our team will review your request.