13/05/2019
Сегодня состоялась сессия медиации. Я шел на нее зная: она для меня последняя. Однако хотелось сообщить Татьяне и медиаторам об этом лично. Сообщил. Встреча началась с обвинений о том, что я опубликовал скрины из переписки в группе. Меня попросили их убрать. Скрины я уберу, но свои мысли оттуда сохраню для истории. Далее был вопрос по поводу того, что было на прогулке... Мне она не особо понравилась по причине пристального внимания и необъяснимо резкого поведения Тани. Я поднимал Мишу за ручку, так как мне показывала в свое время педиатр из ПАГа, но неправильно, по мнению мамы, из-за опасности "нянькиного вывиха". Я не взял воды и печенья, как будто есть проблема купить из в городе. Я начал катать Мишку на велике, но не успел прокатить и десяти метров по двору был резко остановлен, жестким условием делать это только при наличии шлема и кресла. Я ушел со встречи раньше и оставил плачущего ребенка с мамой и бабушкой, потому-что не мог оставаться рядом с мамой и бабушкой. И ребенка от них увезти не имел права... Наверное так, за счет других, самоутверждаются те, кто не умеет утвердится самостоятельно. Но я же не братик Мише, не друг, я считаю себя вправе самостоятельно принимать решения , как нам с сыном веселиться. И ожидаю, что мама будет уважать принятые мной решения. Но Татьяне Сергеевне вероятно нравится, когда она может устанавливать правила, запрещать. Ну тут есть четкая связка "Правила устанавливает тот, кто платит." И соответственно. "Кто хочет устанавливать все правила, тот за все и расплачивается". И еще. Тане видимо доставляет отдельное удовольствие самоутверждаться говоря обо мне вещи, которые вовсе не обо мне. Все это не для меня, что я и объяснил медиаторам Анне и Наталье. Дав понять, что единственный для меня формат встреч с сыном - это формат, в котором мама остается вне нашего пространства общения, и вся ответственность на мне. Мы справимся и будем при этом счастливы и радостны. Но мама явно указала, что она против. Потому-что..."старая песня" В общем на медиации я крепился, как мог. Думал "Женя, пусть говорит, что угодно, просто выдержи". Не выдержал. Чуть послушал. Закипая от возмущения знакомыми фальшивыми обвинениями. Вспомнил почему не пожелал, находиться с ней рядом. Осознал, что продолжать вести переговоры, означает давать ей возможность самоутверждаться и дальше. Понял, что сидеть дальше нет смысла. Пожелал Татьяне Сергеевне "Гореть в аду". Быстро покинул помещение.
