Да / Da / דע

Что происходит, когда очень богатый материал не складывается в одну общую модель — и обязательно ли вообще должен?

Александр Львов читает новую книгу Галины Зелениной о советском еврействе, отказниках, интеллигентности, идентичности и еврейском движении — внимательно, заинтересованно и местами довольно критически.

Получилась рецензия не только о сильных и слабых сторонах книги, но и о том, как вообще можно описывать советских евреев, если они так плохо умещаются в привычные категории.

Читайте на dadada.live: https://cutt.ly/GyfiaNgZ

В рамках нового курса «Еврейские музеи» мы рассказываем о самых разных проектах, некоторые из которых и вовсе остались на бумаге или закрылись, не успев открыться. О неосуществлённых еврейских музеях рассказывает искусствовед Екатерина Вязова: https://cutt.ly/DyyR2fLB

Когда мы говорим об истории искусства, чаще всего вспоминаем художников, эпохи и шедевры. Но Аби Варбург предложил смотреть иначе — не на отдельные произведения, а на сами образы, которые путешествуют через века.

Почему античные жесты возвращаются в живописи Возрождения? Как древние символы продолжают жить в современной культуре? И каким образом библиотека может стать инструментом исследования памяти?

Об этом — лекция Натали Нешер-Аман «Mundus — Annus — Homo: Аби Варбург и библиотека блуждающих образов», которую теперь можно посмотреть на нашем YouTube-канале.

Варбург задолго до цифровой эпохи пытался понять, как изображения переходят из одной культуры в другую, меняют смысл и образуют сложную сеть взаимосвязей. Сегодня его идеи вдохновляют историков искусства, исследователей визуальной культуры и всех, кто интересуется тем, как работает человеческая память.

📺 Смотреть лекцию: youtu.be/vKN-2IvHrQw

В новом материале разбираемся, кто такие караимы, как устроена их религиозная традиция, какую роль в их истории сыграли Крым и Восточная Европа и почему вокруг их происхождения до сих пор идут споры: https://cutt.ly/karaites

Что происходит с архивным документом, когда он оказывается на сцене?

14 июля в Хайфе ZEEV Project, театр Fulcro и цифровой архив J-Doc представят театральную читку агентурного дела «КРУГ» — дела по «сионистской окраске», заведённого против еврейских писателей Киева: Давида Гофштейна, Ицика Кипниса, Абрама Кагана и Ривы Балясной.

«Окраска» — так в органах госбезопасности называли предварительную классификацию дела. В случае «КРУГА» этой классификацией стали «сионисты».

Но «КРУГ» не ограничился четырьмя первоначальными фигурантами. Со временем дело расширялось: в него попадали новые имена, связи, подозрения, письма, стихи, разговоры. Через агентурные донесения, перлюстрированную переписку, справки и анализ художественных текстов органы госбезопасности пытались взять под контроль целую среду — советскую еврейскую интеллигенцию, писателей, поэтов, критиков, переводчиков, людей, связанных с еврейской культурой и литературой на идише.

«КРУГ» — это не спектакль в привычном смысле. Это театральная читка и пространство разговора между актёрами и зрителями — о памяти, языке, свободе и страхе.

Почему государство присваивает себе право судить людей за стихи, пьесы и спектакли? Какова цена сохранения собственной идентичности — сто лет назад и сегодня? Кто и зачем пишет доносы?

Эти вопросы звучат из прошлого, но обращены к нам.

Для тех, кто будет 14 июля в Хайфе, это возможность увидеть, как материалы цифрового архива J-Doc становятся основой для театрального разговора — о репрессиях, еврейской культуре и выборе человека перед лицом государства.

📍 Бейт Агефен, Хайфа
🗓 14 июля
🕡 18:30–21:30
🎟 Билет: ₪30

Подробнее и регистрация:
https://zeevproject.org.il/product/theatre_haifa/

Еврейских музеев, мест памяти и монументов, так или иначе затрагивающих тему Катастрофы, в мире много, точного подсчета даже и нет — все считают по-разному. Мы решили не считать, а рассказать о некоторых наиболее важных и наиболее оригинальных проектах. Начинаем, понятное дело, с Берлина.

С момента окончания холодной войны Берлин, пытаясь воссоединить свои разделённые в течение 40 лет половины, восстанавливал связь с прошлым, о котором далеко не все в Германии хотели помнить. Но был недолгий период — каких-нибудь 15–20 лет, когда казалось, что этот тренд — готовность знать и помнить — победил, и город превратился в лабораторию памяти. Мемориалы маленькие и большие, появившиеся в эти годы, заполняют, кажется, весь Берлин и не дают забыть о Катастрофе ни потомкам тех, кто за неё ответственен, ни наследникам её жертв: https://cutt.ly/7t7HapvK

В Старой Национальной галерее в Берлине недавно открылась выставка «Кассирер и прорыв импрессионизма». Эта выставка могла бы показаться отлично сделанным музейным блокбастером, представляющим главные имена французского и немецкого импрессионизма. Здесь все классики из учебников по истории искусства рубежа XIX–XX веков: французы Клод Моне и Эдуард Мане, Огюст Ренуар, Поль Сезанн, голландец Винсент ван Гог; немцы Макс Либерман, Макс Слефогт, Эрнст Барлах, Эрнст Людвиг Кирхнер; плюс скандинавский постимпрессионизм Эдварда Мунка и Аксели Галлена-Каллелы. Но особенность выставки в том, что она не просто показывает главных художников эпохи, а посвящена одному человеку, который и собрал их вместе: берлинскому арт-дилеру Паулю Кассиреру (1871–1926), одному из самых неистовых адептов нового искусства своего времени. Все картины на выставке, ныне хранящиеся в лучших музеях, прошли через его руки. Анна Матвеева отдает ему должное: https://cutt.ly/cassirer

Кто такие кантонисты? Кто и зачем отнимал у евреев малолетних детей? Было ли крещение главной целью распространения на евреев рекрутской повинности? В каких войсках служили евреи и можно ли было им приобрести офицерский чин? Правда ли, что евреев в рекруты набирали вдвое больше, чем христиан? И, наконец, почему всё же тема кантонистов в современном Израиле неожиданно обрела актуальность?

В новом материале помогаем разобраться, что же в наших представлениях о кантонистах правда, а что — отражение сложившихся стереотипов: https://cutt.ly/cantonists

Почему некоторые картины сначала не может продать никто, а потом за них платят миллионы? И кто те люди, без которых не было бы ни рыночной славы Модильяни, ни легенды Сутина, ни сегодняшних аукционных рекордов? В новом материале Наталии Семёновой — Леопольд Зборовский, Амедео Модильяни, Хаим Сутин, Ван Гог и Макс Мейровский: история искусства, рассказанная не через музеи, а через деньги, риск, интуицию и утраты: https://cutt.ly/Tt1eAFMe